Почему власти боятся назвать кризис кризисом

0
61

За последнюю неделю наша жизнь кардинально изменилась – образно говоря, мы проснулись в другой стране. Я имею в виду даже не политические коллизии, связанные с грядущими изменениями в Конституции, и не медицинские проблемы, вызванные коронавирусом. Я говорю об экономике.

Алексей Меринов. Свежие картинки в нашем инстаграм

Мне кажется, что даже школьники знают, что экономическая стабильность в нашей стране зависит от двух величин – цены нефти и курса рубля. Так вот, еще перед длинными выходными, связанными с Международным женским днем, баррель стоил $52,5, доллар — 66 рублей, а евро – 73,4 рубля (и это все – после почти месячного падения из-за фактора коронавируса).

В пятницу, 13-го, когда пишутся эти строки, нефть стоит $32,5, доллар – 74 рубля, евро – 83,6 рубля. Случился обвал рынков — собственно, он произошел по всему миру. Сложились два значимых негативных фактора: сорвалась поддерживавшая три года стабильность на рынке нефти сделка ОПЕК+, и Всемирная организация здравоохранения объявила пандемию коронавируса. Поскольку оба эти фактора продолжают действовать, мир оказался на пороге экономического кризиса. А вместе с ним – и Россия.

Казалось бы, все это и следует объяснить гражданам страны. Как говорится, предупрежден — значит вооружен. Однако власти избрали другой вариант общения с народом в эти дни.

«Россия пройдет этот турбулентный период достойно и спокойно». «Ничего фатального не происходит». «Пока беспокоиться не о чем». «Нефть не упала, она только дернулась». «Ключевые отрасли производства выйдут из этой ситуации значительно более окрепшими». «Мы подготовлены лучше, чем другие страны». «Мы в полном объеме исполним все социальные обязательства, несмотря на внешние обстоятельства». Это прямые цитаты из выступлений последних дней – президента, премьера, его первого зама, руководителей Госдумы и Центробанка.

С одной стороны, я понимаю их логику: в ситуации падения рынков, главное – не допускать паники, и твердый тон и успокоительные речи – здесь очень к месту. С другой стороны, грань между риторикой, призванной вселить уверенность и откровенной неправдой – очень тонка. И, с моей точки зрения, руководители государства не имеют права ее переходить.

К счастью, в нашу власть волею первого лица «вмонтирован» такой персонаж, как Алексей Кудрин – ныне занимающий пост главы Счетной палаты. Но тут важнее даже не его должность, а то, что ему «позволено» (видимо, в отличие от многих других) называть вещи своими именами. Кого-то эта его привилегия дико бесит и раздражает, у кого-то вызывает искреннее восхищение. Но мы сейчас не о том, является ли Кудрин героем-одиночкой или шутом при троне короля.

Гораздо важнее — суть его заявлений. Он утверждает, что прогноз Минэкономразвития, на котором строится бюджет — средняя цена нефти в $57,7 за баррель и среднегодовой курсу доллара в 63,9 рубля — уже безнадежно устарел. Сохранение цены на нефть на уровне $35 за баррель, а стоимости доллара около 72 рублей грозит российскому бюджету потерей примерно 3 трлн рублей. Дефицит бюджета может составить порядка 2% ВВП. О планах по сокращению бедности к 2024 году в два раза — с 13,1% до 6,6% при таком развитии событий придется напрочь забыть. Наоборот, доходы населения могут снизиться, а уровень бедности возрасти. «Мы стоим на пороге кризиса. Который может оказаться достаточно чувствительным», — подытожил Кудрин.

На самом деле ничего сенсационного он не сказал — все очевидно любому даже не специалисту, а человеку, мало-мальски интересующемуся экономикой. Но почему-то эти простые слова и очевидные выводы о том, что «мы должны понимать, что перед нами такие вызовы стоят и исходить из новых реалий» из всей властной вертикали озвучивает лишь глава Счетной палаты.

Между тем, Алексей Леонидович Кудрин, при все уважении к нему как к опытнейшему чиновнику и известному общественному деятелю, занимает в нынешней официальной властной иерархии даже не десятую, а, вероятно, какую-то двадцатую – тридцатую позицию. А правду о сложившемся экономическом положении хотелось бы услышать от первого, ну или хотя бы второго лица государства.

Тем более, что подобный пример – причем из совсем недавнего прошлого – имел место. Речь идет о пресловутой пенсионной реформе. Когда о повышении возраста выхода на пенсию объявили, по стране прокатились массовые протесты, а власти почему-то выбрали фигуру умолчания. Но затем случилось памятное телеобращение президента Путина, в рамках которого он весьма аргументированно, с цифрами в руках, объяснил необходимость и значимость принимаемых властями непопулярных мер. Не стал при этом обходить никаких острых вопросов – помнится, ответил даже на популистские призывы распродать всю недвижимость Пенсионного фонда ради повышения выплат старикам. И ничего: никаких революций не случилось, народ все понял и принял – пусть и без восторга, но протестная волна была сбита.

Может быть, точно так же стоит поступить и сейчас? Не заниматься ложными заклинаниями, что у нас все хорошо, и уж тем более не превращать все происходящее в происки врагов – злобных американцев, саудитов и прочих украинцев. А честно объяснить гражданам, что происходит в экономике и к чему готовиться. «Триумфальная» повестка, с которой приходило новое правительство — разгон ВВП до рекордного уровня, резкое повышение доходов населения, снижение бедности в разы — за минувшую неделю сдана в архив.

На повестке дня другие задачи — противостоять кризису, не допустить обвального падения экономики и доходов людей. Конечно, говорить об этом с высоких трибун не слишком приятно. Зато — честно. И право же, по мне, так это гораздо более выигрышная позиция для власти, чем бессмысленные попытки вкручивать мозги населению на тему о том, что мы шагаем от победы к победе в ситуации, когда все прекрасно видят, что экономика летит в пропасть.

Источник: www.mk.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь