Чемпион мира Олег Стояновский рассказал, почему золота могло не быть

10

После сумасшедшего успеха российской сборной по пляжному футболу для нас наступила (тьфу-тьфу, конечно) эра пляжного волейбола. Олег Стояновский и Вячеслав Красильников недавно стали чемпионами мира. Впервые в нашей истории. Олег побывал в гостях у «МК» и рассказал, почему этого «золота» могло и не быть.

фото: AP

— Когда я начал заниматься волейболом, в России не было секций именно по пляжному. Дети шли в классические школы, и потом уже выбирали направление. В 15 лет в пляжный волейбол меня отвел отец. А потом на соревнованиях и сборах меня заметил тренер из Обнинска, предложил переехать туда в спортивный интернат. Даже символическую зарплату дали! Так что в 16 лет я переехал от родителей, поменял школу. Но через полтора года меня родители вернули в Москву, чтобы я мог учиться в обычной школе, сдать ЕГЭ и поступить в институт. Но тренироваться я продолжал в Обнинске.

— Непростой у тебя был период, путь-то до Обнинска не ближний…

— Это правда! Но довольно быстро пошли спортивные результаты, мы выиграли детский чемпионат Европы, и в 2014 году готовились ехать на Юношескую Олимпиаду. А меня вдруг решили не допускать до этих соревнований…

— Почему?!

— Понимаешь, мне с самого раннего детства во время всех обследований, которых в спортивных школах, разумеется, много, говорили, что у меня большое сердце. Но тогда никто не придавал этому значения. И вот перед Олимпиадой я проходил обследование в подразделении ФМБА (Федеральное медико-биологическое агентство — «МК»), отвечающем за спортсменов сборных. И они вдруг сказали: нельзя!

— Действительно была серьезная проблема со здоровьем?

— Не было никакой проблемы. Просто мне сказали, что сердце будет увеличиваться из-за нагрузок, а это уже болезнь… кардиомиопатия, как сказали их врачи. Меня не выкидывали из спорта, меня просто не хотели допускать именно до этих соревнований. И ненавязчиво рекомендовали завязать, чтобы не было проблем в будущем. Но родители тогда решили выслушать альтернативное мнение и вышли на специалистов центра спортивной медицины (Московский научно-практический центр медицинской реабилитации, восстановительной и спортивной медицины, директор Ирэна Погонченкова — «МК»). И благодаря их профессиональному подходу я все-таки поехал на Игры.

— А что сделали врачи Центра? Как им удалось решить твой вопрос?

— О, моим здоровьем занимались лучшие врачи! В обследовании приняли участие врач по «эхо» сердца Юлия Михайловна Иванова и научный консультант клиники профессор Шарыкин Александр Сергеевич, они исследовали сердце ультразвуком. Заведующий отделением, доктор медицинских наук Владимир Иванович Павлов смотрел ЭКГ и изучал сердце под нагрузкой, на дорожке и велосипеде, работоспособность с маской, внимательно анализировал, как связаны результаты с размерами сердца. Затем собирался консилиум с главным спортивным врачом Москвы Зурабом Орджоникидзе и заведующей клиникой Викторией Бадтиевой. В общем, процесс был долгий. Хорошо, что врачи из ФМБА с ними консультировались тоже, и в итоге мне сказали, что меня можно допустить. Как объяснили врачи, мой случай — практически уникальный. Редко встречается, чтобы с таким ростом и сердцем была такая работоспособность. Сейчас, когда процесс созревания организма прошел, сердце расти перестало и результаты работоспособности очень хорошие. А ведь если бы меня увидели врачи в обычной поликлинике, то схватились бы за голову и сразу же выдали бы документы об инвалидности (смеется).

— Зато мог бы бесплатно парковаться.

— Я уже могу, я же заслуженный мастер спорта (смеется). Вообще, пока я плотно общался с крутыми врачами, понял, что спортивная медицина — очень интересное направление, сильно отличается от обычной. И то, что спортсмены живут меньше, чем обычные люди, тоже, оказывается, неправда. Узнал, что появились научные публикации о продолжительном анализ велогонок Тур де Франс, за спортсменами наблюдали с 1947 по 2012 год. И это исследование показало, что они в среднем живут дольше, чем обычные люди. Причем, умирают совсем не от сердечных заболеваний.

— В общем, врачи тебе снова открыли дорогу в большой спорт…

— Да, я поехал на Юношеские игры и мы их выиграли! Потом выиграли юношеский чемпионат Европы уже в более старшей возрастной категории, медали появились на взрослых турнирах мировой серии. Так потихоньку и добрались до «золота» чемпионата мира.

***

— В чем особенность пляжного волейбола по сравнению с классическим?

— Во-первых, там перемещения совсем другие. Паркет и песок — разное сцепление. Во-вторых, это более индивидуальный вид спорта. Мы играем без замен, без тренера во время соревнований. У нас совершенно другая тактика. В пляжном волейболе высокий рост — это преимущество. Потому что оттолкнуться так сильно, как от паркета, нельзя.

— А какой у тебя рост, кстати?

— 207 сантиметров. Считается, что пляжники лучше подготовлены. В классическом волейболе у тебя есть своя роль, своя задача, которую ты выполняешь. В пляжном — надо уметь все. Прием, пас, атака, блок. Универсальность — ключ к успеху.

— Как так получилось, что у холодной страны такой успех в пляжных видах?

— Могу говорить только за волейбол. Просто потому, что у нас очень хорошая классическая волейбольная школа. А в последнее время в России очень много пляжных крытых залов, где можно тренироваться и зимой. Ну а летом и обычные пляжи есть.

— Вы немцев обыграли в финале чемпионата мира. Куда делись всемогущие бразильцы?

— Сейчас европейский волейбол доминирует. Но именно мужской. Бразильцы, конечно, сильны по-прежнему, и они законодатели мод в пляжном волейболе. Да и в классическом далеко не слабые, великолепно обращаются с мячом. Кстати, уникальность нашего достижения еще и в том, что с 1997 года, когда стал проводиться чемпионат мира, только три европейские команды смогли выиграть «золото». Немцы в 2011 году, голландцы в 2013-м и мы сейчас. Все остальные выиграли бразильцы или американцы.

— Вы со Славой Красильниковым когда начали вместе играть?

— Только в октябре.

— И так быстро смогли сыграться?

— Взаимопонимание очень важная вещь, конечно. Но в первую очередь, в нашем виде спорта нужно быть хорошим игроком индивидуально, и тогда не составит труда сыграться с новым напарником.

— Между партнерами должна быть дружба?

— Необязательно. Есть примеры в мировом волейболе, когда люди живут в разных номерах, летают разными рейсами и встречаются только на площадке. Но у нас со Славой хорошие отношения.

— Так если партнеры друг на друга смотреть не могут, как на площадке-то взаимопонимание найти?

— Все достигается тренировками, тяжелыми игровыми ситуациями, так накапливается опыт. Не можешь смотреть на партнера — твои проблемы. Ты профессионал и должен делать свое дело. Твоя личная неприязнь пусть отходит на второй план.

— Вы со Славой уже собираетесь на Игры в Токио?

— Да, мы уже официально отобрались на Олимпиаду, но пока про нее не думаем, потому что впереди еще много турниров, этапов мировой серии, в которых тоже цель — побеждать. Сейчас едем на очередной этап, а потом в Москве с 5 по 11 августа пройдет чемпионат Европы.

— После вашей победы на мировом форуме билеты на московский турнир стали лучше раскупаться.

— Это очень радует! Что мы добавили публике интереса к нашему виду спорта.

***

— Ты сказал, что родители забрали тебя в Москву, чтобы учился и сдавал ЕГЭ. Поступил?

— Поступил! Я вообще хорошо учился в школе и достаточно неплохо сдал ЕГЭ. Прошел на бюджет в Бауманку, на факультет энергомашиностроения.

— Думаю, сейчас у читателей глаза расширились от удивления и восхищения. Весьма необычный выбор для спортсмена…

— У меня в школе всегда было хорошо с математикой, мне нравилось. Поэтому я и пошел туда учиться, это была страховка на случай, если у меня не получится со спортом. Но у меня получилось… И в Бауманке я проучился только год, потому что совмещать спорт и учебу стало нереально. Особенно трудно было во втором семестре. До зимней сессии я еще тянул, но весной было больше турниров и пришлось больше готовиться, стало совсем тяжело. Кое-как закрыл сессию и выбор сделал в пользу спорта. Перевелся в другой университет, где было попроще. Закончил уже там.

— Значит, поблажки преподаватели тебе в Бауманке не делали?

— Это же не школа, никто не будет с тобой возиться. Это был очень тяжелый год. Кто-то, может, и относился с пониманием, но далеко не все.

— И кто ты сейчас по специальности?

— Спортивный менеджер. Выбрал то, что было ближе мне. Просто понял, что тренером я работать не буду, не хочу. Так что планирую поработать в федерации, буду продвигать пляжный волейбол.

— Олег, тебе всего 22 года, спорт занимает почти все твое время, отдыхать-то получается? Как проводишь свободное время?

— Отпуск обычно провожу дома, в Москве. Осенью-зимой могу выбраться в теплые страны поваляться.

— И песок не надоедает? Когда это и так твое рабочее место…

— Нет, песок, море и солнце не надоедают. Хотя иногда бывает, согласен. Но надо разделять, работу и отдых.

— А после соревнований со Славой куда-нибудь идете проветриться?

— На следующий турнир мы едем.

— Прямо сразу?

— Ну, прямо сразу — спать. На следующее утро вылет (смеется). Конечно, после чемпионата мира мы немножко отметили. Тренерский штаб улетел, а мы остались вдвоем, поужинали, прогулялись. Но все равно пошли спать быстро, потому что утром надо было улетать. Вот и сейчас впереди очередные этапы мировой серии… Рассчитываем, что за нас будут болеть все больше людей!

Источник: www.mk.ru